ИСТОРИИ СЕМЕЙНЫХ ВОЙН (19). КАК РОБЕРТ ГАРЗА ПРЕВРАТИЛ СВОЮ БОЛЬ В ЦЕЛЬ

 

 

Источник https://www.youtube.com/watch?v=vy9AJtEJmpQ

Опубликовано  19 декабря 2024 г.

 

«Я превратил свою боль в цель, когда меня призвали на эту битву. Я пережил более 43 ложных обвинений и потратил более 700 000 долларов на судебные  процессы. Трудности, с которыми я столкнулся, зажгли мою решимость изменить судебную систему, что привело к разработке новых законопроектов, направленных на реформирование семейного права. Теперь я сосредоточен на распространении информации через социальные сети, обучении других, объединении сторонников и продвижении внедрения этих новых законов в каждом штате».

Роберт Гарза — защитник прав детей и родителей, его миссия — изменить систему семейных судов для пользы семей. Роберт Гарза был автором вместе с сенатором Анджелой Пэкстон в Техасе законопроекта SB-718 под названием «Время, возвращенное назад». Теперь это закон в Техасе. Этот закон закрепляет основную свободу и родительское право. Это приносит исцеление от отчуждения и позволяет восстановить связь между ребенком и родителем с того времени, которое было потрачено судом только из предосторожности.

Меня зовут Роберт Гарза. Я превратил свою боль в цель. Я прошел через Семейный суд. Мне потребовалось около 15 лет, чтобы достичь того, где я нахожусь сейчас. Но мои дети оказались в этой ситуации, когда им было около года и трех лет. Теперь им 15 лет и почти 18. Я многому научился в этом процессе, и надеюсь, что смогу  научить вас некоторым вещам. Поначалу это было тяжело, и, вероятно, это то, через что вы проходите сейчас. Когда вы впервые начинаете этот процесс, вы думаете, что вы единственный, кто проходит через подобное, но это не так, есть и другие люди. Я не знал, что так много людей, проходящих через это, пока не зашел в социальные сети и не начал искать информацию.

Это война, в которую вас втянули. Это то, от чего вы не можете уклониться, и это единственный  судебный процесс, который вы выиграете.  Когда вы подаете заявление, вы уже знаете, что выиграете процесс, потому что, в конце концов, даже если ваш бывшая не хочет  разводиться, суд все равно разведет. Это единственный тип иска, который вы можете подать, и вы знаете, что в конечном итоге вы выиграете.

Когда я проходил через это, сначала все было довольно мирно, и  я хорошо пережил примерно 30 дней после того, как развод был окончательным. Моя бывшая жена вернулась за мной в судебные органы путем  использования ложных обвинений для получения преимущества в семейном суде. И это проблема, поскольку лжесвидетельство является уголовным преступлением в каждом штате, но проблема в том, что многие судьи не преследуют за это, и это позволяет этим людям играть в такие игры в системе семейного суда. И они  с помощью этого довольно быстро берут верх в судебных процессах. Обычно они не имеют в виду ничего особенного. Они делают это лжесвидетельство с ложными обвинениями и охранными судебными приказами, чтобы получить победу, и многие люди знают, как  адвокаты используют эту тактику. И когда они это делают, они знают, что вы готовы сделать все, что они просят, будь то алименты или сокращение времени с детьми или что-то в этом роде.  Это огромная проблема, и я надеюсь, что некоторые из этих законопроектов, которые принимаются здесь, в Техасе, облегчат ее решение. Я смог сделать один законопроект здесь, в Техасе, но перед этим потратил более 700 000 долларов в семейном суде. Поэтому, когда моя бывшая начала все это,  я подумал, ладно, вот вам аванс в размере 10 000 долларов, еще один аванс в размере 10 000 долларов, думая, что этим все будет решено, но этого не произошло. Поэтому в семейном суде, если вам не нравится то, что вы получаете, вы можете продолжать подавать иск снова, и когда вы продолжаете подавать иск снова, вы должны  пройти снова судебный процесс. Вскоре у нас в судебном процессе были адвокаты Amicus, у нас был Guardian Ad Litem, у нас были представители социальных органов, психологические экспертизы, у нас были координаторы по воспитанию, и так мы прошли весь этот диапазон, прежде чем я это осознал.

АДВОКАТ АШИШ ДЖОШИ. ВРЕМЕННОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ ОБЩЕНИЯ МЕЖДУ ОТЧУЖДАТЕЛЕМ И РЕБЕНКОМ В СУДЕБНЫХ ДЕЛАХ

 

  

Ашиш Джоши — владелец юридической фирмы «Joshi: At torneys +Counselors». Работа Джоши сосредоточена на сложных вопросах семейного права, включая серьезное отчуждение родителей, патологическую завивимость, жестокое обращение с детьми и похищение детей в международных масштабах. Он представлял клиентов в государственных и федеральных судах  в Соединенных Штатах и за рубежом.

Ашиш Джоши работает в качестве главного редактора отдела судебных разбирательств, журнала судебной секции Американской ассоциации адвокатов, и в Консультативном совете журнала Champion, издаваемого Национальной ассоциацией адвокатов по уголовным делам. Г-н Джоши также входил в совет директоров Национальной ассоциации адвокатов по уголовным делам, базирующейся в Вашингтоне, округ Колумбия. Сайт - https://www.joshiattorneys.com

 

ВРЕМЕННОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ ОБЩЕНИЯ  МЕЖДУ ОТЧУЖДАТЕЛЕМ И РЕБЕНКОМ В СУДЕБНЫХ ДЕЛАХ

 

Источник https://www.joshiattorneys.com/wp-content/uploads/sites/1602302/2020/12/No-ContactOrders-ABAFamilyLawLitigationNewsletter.pdf

Версия этой статьи первоначально появилась в февральском выпуске Журнала семейного права Коллегии адвокатов штата Мичиган за февраль 2020 года.

Опубликовано 14 апреля 2020 г. 

 

Крайне важно понять, почему суды по семейным делам назначают временные периоды отсутствия контактов между любимым родителем, который, как было установлено, участвовал в отчуждающем поведении, и ребенком.

Родительское отчуждение не ново: это психическое состояние описывалось в судебных делах с начала девятнадцатого века и в научной литературе с 1940-х годов. См., например, «Вестмит против Вестмита: Войны между Вестмитами, 1812–1857», в Лоуренс Стоун, Сломанные жизни: разделение и развод в Англии, 1660–1857, с. 284 (1993); Дэвид М. Леви, Материнская чрезмерная защита с. 153 (1943). Одно из наиболее широко распространенных определений этого состояния — «психическое состояние, при котором ребенок — обычно тот, чьи родители вовлечены в конфликтный процесс разлуки или развода, — соединяется  с отчуждающим родителем и отвергает отношения с другим родителем», или «целевым» родителем без рациональных оснований». (Д. Лорандос, В.Бернет и Р. Заубер, «Обзор родительского отчуждения», в книге «Родительское отчуждение: справочник для специалистов в области психического здоровья и права»  Томас Лтд., 2013).

 

АДВОКАТ АШИШ ДЖОШИ. СРЕДСТВА ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ПРИ РОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ

             

 

           Ашиш Джоши — владелец юридической фирмы «Joshi: At torneys +Counselors». Работа Джоши сосредоточена на сложных вопросах семейного права, включая серьезное отчуждение родителей, патологическую завивимость, жестокое обращение с детьми и похищение детей в международных масштабах. Он представлял клиентов в государственных и федеральных судах  в Соединенных Штатах и за рубежом.

Ашиш Джоши работает в качестве главного редактора отдела судебных разбирательств, журнала судебной секции Американской ассоциации адвокатов, и в Консультативном совете журнала Champion, издаваемого Национальной ассоциацией адвокатов по уголовным делам. Г-н Джоши также входил в совет директоров Национальной ассоциации адвокатов по уголовным делам, базирующейся в Вашингтоне, округ Колумбия. Сайт - https://www.joshiattorneys.com

 

СРЕДСТВА ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ПРИ РОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ

 

 

Источник https://www.familyaccessfightingforchildrensrights.com/uploads/2/6/5/0/26505602/mich_fam_law_journal_vol_46_9_nov_2016.pdf

Журнал семейного права штата Мичиган  том 46 номер 9 ноябрь 2016 г.

Опубликовно в ноябре 2016 г.

 

Родительское отчуждение — это объявление войны одним родителем другому. Цель ясна: полное и окончательное уничтожение отношений родителя-мишени с ребенком. Поведение, которое ведет к отчуждению, стало широко распространенным аспектом бракоразводного процесса.

1 Суды по всей стране, в том числе в штате Мичиган, все чаще проявляют обеспокоенность по поводу отчуждающего поведения родителей и в соответствующих случаях вмешиваются. Иногда отчуждающий родитель не осознает, что он делает. Как вспоминала судья Мишель Лоуренс из округа Кук, штат Иллинойс: «Однажды в суде мать требовала от своего бывшего мужа увеличения алиментов. Отец показал, что его доход резко сократился. После того, как дело было завершено, я спускалась на лифте с матерью и дочерью-подростком сторон. Они не заметили, что я была там, или не узнали меня по моей черной мантии.

АДВОКАТ КРИСТОФЕР ГРИФФИТС (США). РОДИТЕЛЬСКОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ: ЧТО ЭТО ТАКОЕ И ПОЧЕМУ С НИМ СЛОЖНО БОРОТЬСЯ

 

Адвокат Кристофер Гриффитс закончил юридический факультет Университета Гонзага, доктор юриспруденции, также с отличием окончил Университет Денвера - Колледж бизнеса Дэниэлса, бакалавр наук. Основные моменты: Лучший адвокат по гражданским делам по версии Barrister - 2019 и 2022 гг., входит в  список суперюристов Колорадо - восходящая звезда 2017–2023 гг., лучшие юристы Америки, за которыми стоит следить, 2021-2023 гг. (Семейное право, Коммерческие споры, Строительное право/Строительные споры, Недвижимость). Область практики - гражданские споры, семейное право

Кристофер Гриффитс  является акционером Griffiths Law PC и специализируется на сложных вопросах гражданского и семейного права. Его практика в области семейного права сосредоточена на вопросах развода и связанных с ним семейных отношений. Он был включен в список восходящих звезд Colorado Super Lawyers и писал и выступал на самые разные темы. Вне работы Крис любит проводить время со своей женой Шеннон и двумя дочерьми. Он также любит кататься на сноуборде, играть в гольф, кататься на велосипеде, ходить в походы, смотреть фильмы и путешествовать.

 

 РОДИТЕЛЬСКОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ: ЧТО ЭТО ТАКОЕ И ПОЧЕМУ  С НИМ СЛОЖНО БОРОТЬСЯ

 

Источник https://www.griffithslawpc.com/blog-articles/parental-alienation/

Опубликовано 22 марта 2023 г.

 

Что такое родительское отчуждение?

 

Родительское отчуждение — это термин, используемый для описания процесса, посредством которого один родитель пытается заставить ребенка отвергнуть, испугаться или избегать контактов с другим родителем.

Термин «родительское отчуждение» происходит от термина «синдром родительского отчуждения», введенного детским психиатром Ричардом Гарнером в 1985 году. Гарднер описал его как «расстройство, при котором дети одержимы осуждением и критикой родителя — клеветой, которая является неоправданной и/ или преувеличенной» из-за сознательного, подсознательного или бессознательного поведения одного из родителей, которое влияет на восприятие ребенка. Широкое медицинское сообщество отвергло использование слова «синдром», и этот термин отсутствует в официальном перечне  DSM-5.

ИСТОРИИ СЕМЕЙНЫХ ВОЙН (17): РАЗВОД - НЕНАВИДЬ ОТЦА СВОЕГО

 

                                               «Ибо Моисей сказал: почитай отца своего и мать свою;

и: злословящий отца или мать смертью да умрет»

Мар.7:10

 

            В эпоху ожесточенных битв в процессе  развода родители часто используют детей как молот, чтобы бить друг друга, манипулируя не только правовой системой, но и привязанностями своих детей. Можно ли восстановить нарушенную связь между родителями и детьми?

 

Автор: Марк Тейч, опубликовано 1 мая 2007 г.

Источник https://www.psychologytoday.com/us/articles/200705/house-divided-hate-thy-father

Последнее обновление 19 августа 2020 г.

 

            В 1978 году, после того как Кэти Маннис и ее будущий муж переехали в один кооператив в Калифорнийском университете в Беркли, они часто сталкивались друг с другом. «Сначала я избегала  его, и мне следовало бы остаться с этим чувством», - вспоминает Кэти Маннис о своем бывшем муже. «У него был лишний вес и он всегда любил критиковать других. Потом он похудел, стал симпатичнее и начал обращать на меня внимание. Он собирался стать врачом, и он выглядел таким надежным; он сказал, что никогда не бросит свою семью, как его собственный отец сделал с ним». Они начали встречаться, и в конечном итоге она уже достаточно заботилась о нем, чтобы выйти за него замуж. «Я думала, что он будет хорошим отцом, и я очень хотела стать матерью. Я думала, что у нас будет хорошая жизнь».

            Она работала полный рабочий день секретарем по правовым вопросам. Она также купила им двоим городской дом на деньги, которые накопила до замужества. Когда она родила мальчика, Мэтта (имя изменено), она была счастлива, как никогда. Со временем она увидела признаки того, что муж ей изменяет , но она всегда его прощала.

            Их второй сын, Робби, родился аутистом , и дела пошли под откос. У мальчика были проблемы с речью и обучением, и он часто терял контроль. Ее муж был потрясен. «Он глупее рыбы», - сказал он.

            Тем не менее, у них родился еще один ребенок, Гарри (имя изменено), в надежде дать Мэтту брата или сестру без проблем Робби. Гарри оказался нейротипичным, но он был наиболее близок к Робби; они стали неразлучны.

            Когда Кэти еще раз убедилась, что ее муж изменяет - он по необъяснимым причинам так и не вернулся домой однажды ночью - она, наконец, выгнала его. Он подал на развод, прежде чем она смогла его снова простить .

            Кэти была предоставлена основная опека над детьми, и ее бывший муж вскоре женился на женщине, с которой он встречался на стороне. Из-за всего, что ей нужно было сделать, чтобы помочь Робби, а также двум другим своим детям, Кэти больше не могла работать полный рабочий день. Между тем, ее бывший муж объявил о двух банкротствах и, в какой-то момент, даже о своем психическом недуге, и все это удерживало алименты на минимальном уровне.

            В конце концов Кэти была настолько разбита, что у нее отключили электричество; они с мальчиками ужинали при свечах. Затем она настолько заболела, что ее пришлось госпитализировать для проведения опасной для жизни операции. У нее не было выбора, кроме как оставить детей с бывшим мужем. «Он обещал вернуть их, когда мое здоровье и финансы улучшатся», - говорит она.

            Это было почти семь лет назад. Ее здоровье уже давно восстановлено, и у нее есть хорошая работа, которую она может выполнять из дома, но единственным ребенком, возвращенным ей, несмотря на непрерывные судебные баталии, был Робби. Фактически, ее бывший муж добился в суде постановления о том, что дети должны быть разлучены навсегда, двое других детей остались с ним, поскольку Робби был «угрозой» благополучию своего младшего брата.

            По словам Кэти, все эти годы она столкнулась с кампанией систематического отчуждения от Мэтта и Гарри. «Когда я звонила, чтобы поговорить с ними, меня обычно встречали с холодностью или гневом , и часто мальчиков не подводили к телефону. Затем мои бывшие дети отправляли письма с предупреждением, чтобы я вообще не звонила им домой. Они сообщали: «Папа говорит, что ты злая. Он говорит, что ты разрушила брак». Затем он переехал за тысячи миль, и ей стало намного труднее видеться с детьми.

            По прошествии времени мальчики все больше отдалялись. Мэтт, уже взрослый и служащий в армии, никогда не разговаривает с Кэти. Тринадцатилетний Гарри говорил: «Мамочка, почему я не могу остаться с тобой? Все другие дети, которых я знаю, живут со своими мамами», прежде чем уезжать с ней на свидания. Теперь он часто кажется отчужденным  от нее и равнодушным к Робби, которого когда-то обожал. Его друзья в его новом доме думают, что мачеха – это его мама, потому что так она представляется. «Она сказала мне, что заберет моих детей, и она сделала это. Отчуждение полное», - сетует Кэти. «Все, что я когда-либо хотела, это быть мамой».

            Разводящиеся родители давно воюют  друг друга в надежде заработать очки с детьми. Но сегодня стратегия обвинения включает психологическую концепцию отчуждения родителей, которая все чаще используется - и неправильно - в судах.

            С одной стороны, во многих случаях конфликтных  разводов такие родители, как Кэти Маннис, трагически отчуждены от любимых детей. С другой стороны, отчуждение родителей использовалось как стратегический инструмент в борьбе за опеку, его последствия использовались в зале суда, часто в ущерб любящим родителям, защищающим детей от истинного пренебрежения или жестокого обращения. При таком разрушительном воздействии отчуждения - и таком распространении ложных обвинений - может потребоваться судья, обладающий мудростью Соломона, чтобы различать два лица отчуждения: действительно токсичный родитель и его  пострадавшие дети и манипулирование правовой системой с требованиями  возмещения ущерба там, где его нет.

 

Симптом нашего времени?

 

            Обеспокоенные возможностью отчуждения, многие суды по бракоразводным делам сегодня приняли активные  меры, чтобы вмешаться там, где они когда-то просто бездействовали. И на то есть веская причина: отчуждение губительно для всех участников. «При патологическом или иррациональном отчуждении родитель ничего не сделал, чтобы заслужить такой уровень ненависти или отвержения со стороны ребенка», - объясняет психолог из Техасского университета профессор Ричард Варшак, автор книги «Яд развода: защита отношений между родителем и ребенком от мстительного бывшего» . «Часто кажется, что это происходит почти мгновенно, и ни отвергнутый родитель, ни даже отвергающий его ребенок не понимают, почему это произошло».

            На самом деле, зачастую отвергаются эмоционально более здоровые родители, добавляет Варшак. Этот родитель склонен понимать, что потеря другого родителя не в интересах ребенка. Напротив, отчуждающий родитель жаждет мести бывшему, а затем использует ребенка, чтобы добиться этой мести. «Это форма насилия », - говорит Варшак. «И родитель, и ребенок - жертвы».

            «Отчуждающий родитель может очернить бывшего, чтобы оправдать разрыв отношений», - объясняет семейный терапевт из Атланты Фрэнк Питтман, доктор медицины: «Несмотря на то, что им удавалось оставаться в браке с этим человеком в течение 10 или 15 лет, теперь они видят его или ее как отродье дьявола. Это единственный способ оправдать разрыв брака, потому что в противном случае это была бы их собственная вина». Как только они уверуют в это, достаточно легко понять их точку зрения - почему их детей следует держать подальше от другого родителя.

            Оскорбление бывшего не обязательно должно быть осознанным или даже особенно серьезным, чтобы нанести длительный ущерб отношениям между родителями и детьми. «Ребенок может непреднамеренно услышать негативные комментарии», - отмечает Дайан Максуини, консультант по вопросам брака, семьи и детей Объединенного школьного округа Сан-Диего. «Мама разговаривает по телефону с другом, или папа разговаривает со своей девушкой, и ребенок случайно слышит негативные вещи. Я не думаю, что большинство людей хотят оскорбить другого родителя, но они попадают в ловушку. их горе из- за неудачного брака, и они не понимают, что ребенок может все слышать».

            Отчуждение особенно пагубно, когда один из родителей не может сдержать гнев - мама обманула, или папа не навещал ребенка и не платил алименты, - и родитель начинает изливать свой гнев  перед ребенком. «Они так отчаянно хотят поговорить с кем-то, и им больше не с кем поговорить. Они никогда бы не сделали этого со своим ребенком в любой другой ситуации, но теперь они не в форме и не готовы к выполнению роли родителя» - говорит Максуини. «Затем ребенок приходит в замешательство, чувствуя необходимость принять чью-то сторону».«Я люблю маму, но мама ненавидит папу, так как я могу любить их обоих?» Или: «Я разозлю папу, если буду продолжать любить маму, поэтому мне придется предпочесть его ей».

            «Я была подростком, когда мои родители развелись, - вспоминает Мишель Мартин. «Тебе надо было либо быть на стороне моей матери, либо против нее, и если бы ты был на ее стороне, ты должен был быть против моего отца. Она была так зла на него за то, что он ушел от нее, чувствовала столько стыда и предательства, что у тебя не могло быть  отношений с ним, если ты хочешь поддерживать их с ней».

            Спустя десятилетия Мишель вспоминает своего отца (который с тех пор уже умер) как нежного, заботливого человека. Но с того момента, как он ушел, ее мать систематически пыталась убедить ее в том, что он жестоко обращался с ней. «Она действительно не могла изобразить его еще более негативно. «Как ты можешь любить его?» - говорила она: «Ты не можешь рассчитывать на него». «Он звонил, и она говорила ему, что я не хочу с ним разговаривать, а мне говорила, что он не хочет с нами разговаривать».

            Боясь потерять любовь матери, несмотря на то, что отец ушел, Мишель в конечном итоге уступила  «промыванию мозгов». В конце концов, ее отец женился на другой женщине и уехал. Сначала он регулярно приезжал в город в гости, но постоянно демонстрируемая  враждебность постепенно становилась для него невыносимой, и посещения стали редкими, а потом вообще прекратились.

            Нежелание ее отца критиковать поведение ее матери позволило заблуждениям Мишель окрепнуть, поддерживая стены, которые ее мать создала между ней и отцом. Только когда ей исполнилось 17 лет, отец наконец сказал ей: «Знаешь, многое из того, что тебе рассказали обо мне, было неправдой». Это мгновенно открыло ей глаза. К двадцати годам она восстановила отношения со своим отцом, но они были вместе всего около 15 лет; он умер, когда ей было 38. «Я потеряла все те годы с замечательным отцом, а также с членами его семьи, которых я любила».

 

Стратегии войны

 

            У феномена отчуждения есть и другая сторона: жесткая юридическая. Хотя это психологическая проблема, проблема отчуждения родителей может быть решена только в рамках правовой системы. По мнению экспертов, средство от отчуждения требует постановления суда, чтобы ребенок, которым манипулируют, успел сблизиться с отчужденным родителем. Поэтому очень важно иметь доказательства того, что отчуждение действительно имело место. Если родитель, ищущий опеки, сможет задокументировать явление родительского отчуждения, система - если она работает - скорректирует порядок опеки, чтобы способствовать восстановлению отношений.

            Суды сработали справедливо для Ларри Фелтона, врача-ортодонта из Детройта (идентификационные данные изменены). Его жена, архитектор, отложившая карьеру, чтобы вырастить дочь Эмили, ушла от Ларри, а позже развелась с ним. Погрузившись в свою практику, он согласился на визиты один раз в неделю плюс каждые вторые  выходные по решению суда. «Я был предан и полон решимости заставить  работать это решение суда. Я не собирался позволять кому-либо помешать моим отношениям с дочерью», - говорит он.

            Но когда Эмили подросла и он попросил еще немного времени для общения с ней, все стало ужасно. По одностороннему решению  бывшей жены  он перестал получать даже положенное  ему ограниченное время общения с дочерью. К тому времени, когда в дело вступил суд, Эмили отдалилась от него и замкнулась, обвиняя его во всем, что произошло. Она вообще сопротивлялась любой встрече с ним.

            Он мог бы потерять желание проводить больше времени с дочерью, если бы не ключевое доказательство. Его бывшая позвонила ему и сказала, что она отменяет еще один уик-энд с Эмили. Затем, думая, что она отключила телефон, когда она этого не делала, она сказала дочери и автоответчику Фелтона: «Твой отец злой, плохой человек, но он нам нужен из-за своих денег. По крайней мере, он хорош для этого».

            После прослушивания записи судья назначил Ларри опеку над дочерью в надежде прекратить  отчуждение, которое продолжалось в течение многих лет. Семь лет спустя 17-летняя Эмили смогла получить плоды. Хотя потребовалось время, чтобы вернуть ее доверие, у ее отца теперь с ней прочные отношения, но и ее общение  с матерью проходит более позитивно. «Я думаю, это спасло ее», - говорит Фелтон.

            В суде никогда не бывает все так однозначно. Часто судьи не имеют доступа к прямым доказательствам, таким как голосовая почта Фелтона. В конце концов, после заслушивания свидетелей-экспертов с обеих сторон решения часто основываются на впечатлениях и даже на показаниях детей, тех самых, которым промыли мозги и которые могут быть наименее надежными из всех.

            «Даже когда судья признает факт отчуждения, суд может в конечном итоге встать на сторону отчуждающего родителя из-за желания ребенка», - говорит доктор Варшак. «В противном случае, судьи  опасаются , что ребенок в гневе может причинить вред себе или кому-то другому».

            Фактически, требуется опытный судья, чтобы понять то, что психологи могли бы считать очевидным: в глубине души ребенок никогда не переставал любить другого родителя. Ему  только что промыли мозги, как военнопленному или жертве культа, запрограммировали принимать деструктивные убеждения до тех пор, пока не будет восстановлено его критическое мышление.

            «Даже если они говорят, что не хотят видеться с родителем, в глубине души они могут стремиться к воссоединению», - говорит доктор Варшак. «Этим детям нужно проводить больше времени с отчужденными родителями. Только тогда у них будет шанс увидеть, что их отравленные мысли ошибочны». В самых крайних случаях детям разрешается видеть отчуждающего родителя только во время сеансов терапии, пока отчуждение не будет излечено.

            В других случаях судьи в основном слушают родителей, которые говорят, что с ними поступили несправедливо - и это тоже может ввести в заблуждение. По словам Джона Э. Б. Майерса, профессора права в Школе права Макджорджа Тихоокеанского университета в Сакраменто, Калифорния, ложные обвинения в отчуждении родителей наносят «огромный вред многим детям и их родителям, особенно матерям, ищущим опеки в суде по семейным делам».

            По словам Майерса, отцы, обвиняемые в сексуальном или ином насилии со стороны матерей, часто прячутся в суде под защитной мантией «родительского отчуждения», противопоставляя обвинения в отчуждении обвинениям в насилии. Предполагаемый отчуждатель может быть изолирован от детей  как манипулятор, но это предположение не всегда соответствует истине. Обвинение могло изобразить защищающего родителя лжецом, пытающимся отравить ум ребенка, вместо того чтобы уберечь его от вреда.

            Профессор права  Калифорнийский университета  Дэвис Кэрол Бруха добавляет, что теория родительского отчуждения не учитывает гнев, часто испытываемый детьми развода, особенно конфликтного  развода, который приводит к боям за опеку в первую очередь. «Иногда чувства ребенка вызваны поведением родителя, не являющегося опекуном. Этот родитель может быть не жестоким, а просто в некотором роде несовершенным. Родитель может отчуждаться от ребенка без какой-либо провокации со стороны другого родителя». Отдельно проживающий родитель может обвинить опекуна в отчуждающем поведении из-за того, что он не понимает своей роли в отчуждении ребенка».

 

Утрата и восстановление отношений

 

            Квалифицированные эксперты и проницательные судьи понимают, как реальное отчуждение можно отличить от ложных обвинений. Когда отчуждение точно установлено, соответствующее вмешательство со стороны суда, безусловно, может помочь семьям залечить ущерб отчуждения.

            Однако без правильного вмешательства результатом будет сценарий утраты своего родного человека и неразрешенного горя, подобный сценарию Кэти Маннис. По иронии судьбы именно Робби, сын Кэти, страдающий аутизмом, наиболее остро переживает боль отчуждения.

            «То, что сделал его отец, сначала попытавшись объявить его опасным, а затем отделив его от братьев, стало для него разрушительным сигналом о том, что он не достоин, что он заслуживает наказания, а не помощи и любви», - объясняет Стивен Шталь, доктор медицины, доктор философии, психиатр Робби и профессор психиатрии Калифорнийского университета в Сан-Диего.

            Сейчас ему 18, и Робби чувствует, что его отвергают и его отец и младший брат, которые больше не имеют с ним отношений. «Мой отец никогда не заботился обо мне, поэтому я больше не забочусь о нем», - говорит он. «Но мне нравилось быть с Гарри каждый день и каждую ночь. Я пытаюсь часто звонить ему, но моя мачеха часто злится на  меня или вешает трубку. Мне почти никогда не удается его увидеть, а он не звонит. Мне все это так грустно».

            Горе родителей также очень  велико. «Ребенок жив, но все еще потерян для вас, так близко, но все же так далеко, он тут, но не видит вас, и вы не уверены, вернутся ли ваши отношения когда-нибудь снова», - говорит доктор Варшак. «Вы не можете горевать о полной  потере ребенка, потому что вы никогда не можете признать ее окончательной».

            Что касается Кэти Маннис, то недавно она пригласила Гарри в Сан-Диего с недельным визитом по решению суда. Она и Робби были взволнованы возможностью снова встретиться с ним. Но какой бы чудесной ни была эта неделя, она только привела Маннис к дальнейшему горю. «Он уехал в воскресенье, - говорит она, - и я не увижу его еще четыре месяца».

 

Развод, не причиняющий вреда детям

 

            Очевидно, что некоторых родителей - тех, кто подвергает детей физическому или эмоциональному насилию, - следует разлучить со своими детьми. Но это редкость, и практически во всех остальных случаях детям было бы лучше, если бы их разведенные родители оставались дружескими партнерами в их воспитании. Чтобы развод был максимально здоровым для детей, соблюдайте следующие правила:

·    Никогда не унижайте другого родителя. Развод достаточно сильно разрушает чувство стабильности у детей - уничтожение или устранение одного из родителей увеличивает нестабильность в геометрической прогрессии.

·    Вместо того, чтобы использовать детей как оружие, разведенные родители, которые борются друг с другом, должны искать внешнюю эмоциональную помощь.

·    Проводите любые напряженные или бурные дискуссии вдали от детей.

·    Сделайте все, что в ваших силах, чтобы принять следующего спутника жизни вашего бывшего, поскольку этот человек также будет играть важную роль в будущей стабильности и счастье вашего ребенка.

 

Отчуждающие родители могут в семейной войне использовать следующую тактику для разрушения детско-родительских отношений:

 

·    Ограничение времени, которое ребенок может проводить с другим родителем, и даже нарушение установленного судом графика посещений.

·    Ложные или необоснованные обвинения в пренебрежении или жестоком обращении, особенно в юридическом отношении. Наиболее разрушительным проявлением этого является ложное обвинение в сексуальном насилии .

·    Создание страха у ребенка быть отвергнутым и угроза прекращения любви, если ребенок выразит положительные чувства по отношению к отсутствующему родителю.

·    Говорить негативное о другом родителе перед ребенком или в пределах слышимости ребенка.

·    Обвинения другого родителя в крахе брака.

·    Отъезд с ребенком на далекое расстояние, из-за чего другому родителю трудно поддерживать нормальные отношения с ребенком.

 

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

 ДОКТОР ДЖЕЙН МЕЙДЖОР. КАК БОРОТЬСЯ С РОДИТЕЛЬСКИМ ОТЧУЖДЕНИЕМ

ДОКТОР СЬЮЗАН ХЕЙТЛЕР. СИНДРОМ ОТЧУЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЯ: ЧТО ЭТО ТАКОЕ И КТО ЭТО ДЕЛАЕТ?

 ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС. ДОВОЛЬНО ХОРОШИЙ ПАРЕНЬ ... (ТИПИЧНАЯ ИСТОРИЯ ОТЧУЖДЕНИЯ ОТЦА)

ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС. МАМА ИСЧЕЗЛА (ТИПИЧНАЯ ИСТОРИЯ ОТЧУЖДЕНИЯ МАТЕРИ)

ДОКТОР СЬЮЗАН ХЕЙТЛЕР. ЧТО МОЖЕТ СДЕЛАТЬ ОТЧУЖДЕННЫЙ РОДИТЕЛЬ?

ДОКТОР СЬЮЗАН ХЕЙТЛЕР. ДВА КЛАССИЧЕСКИХ СУДЕБНЫХ ДЕЛА О РОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ

РОДИТЕЛЬСКОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ В США. СОВЕТЫ ДОКТОРА СЬЮЗАН ХЕЙТЛЕР

Денверский клинический психолог Сьюзан Хейтлер (Susan Heitler Ph.D.) , доктор философии в области клинической психологии (1975 г.), выпускник Гарвардского университета (1967 г.), доктор наук из Нью-Йоркского университета, написала  несколько книг по самопомощи, а также книги для психотерапевтов по методам лечения. Проводит экспертизу родительского отчуждения. В книге для психотерапевтов под названием «От конфликта к разрешению», доктор Хейтлер объясняет, как справляться с жизненными неудачами - конфликтами, проблемами взаимоотношений, негативными чувствами, травмами и тяжелыми решениями - способами, которые поддерживают ощущение  благополучия. В книге «Сила двух серий» доктор Хейтлер говорит о межличностной  коммуникации, управлению гневом и навыкам разрешения конфликтов. 

ОБСУЖДЕНИЕ  СТАТЬИ ДАЛЯ ЭРЕЛЬ И ДОКТОР СЬЮЗАН ХЕЙТЛЕР. ПРИ СЕРЬЕЗНОМ ОТЧУЖДЕНИИ РОДИТЕЛЯ НУЖНА СКОРАЯ ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ

Источник https://www.psychologytoday.com/us/comment/1164293

Спасибо, доктор Хейтлер

Опубликовано  Фрэнком 25 октября 2019 года - 13:15

            Большинство отчуждающих родителей - это матери. Матери почти всегда получают единоличную опеку из-за политики суда по бракоразводным процессам. Они могут помешать посещению детей отцом  и слишком  часто это делают безнаказанно.

            Широко известно, что Раздел IV-D Закона о социальном обеспечении стимулирует суды по бракоразводным процессам предоставлять единоличное опекунство одному родителю (чаще всего матери) и навязывать алименты другому родителю (чаще всего отцу). У судов есть этот стимул, потому что штаты получают соответствующие федеральные средства на алименты, которые они навязывают.

            Программы поддержки детей не поддерживают детей, но другие государственные программы! В качестве доказательства этого есть видео на Youtube под названием «Адвокат признает, что алименты на детей предназначены для юристов, а не для детей? Раздел IV-d?». В этом видео адвокат выступает против совместного воспитания детей, потому что это означало бы уменьшение доходов для программы продовольственных талонов этого штата!

            Конечно, совместная опека критически важна как для родителей, так и для благополучия детей. Но Раздел IV-D активно вмешивается в этот процесс.

            Вы правы в том, что на отчуждающего родителя должны быть наложены уголовные санкции. Но коррумпированная судебная система также должна быть изменена.

Очень интересно

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 25 октября 2019 года - 15:20

            Я не слышала о Разделе IV-D Закона о социальном обеспечении раньше. Спасибо, что поделились.

            Что касается преобладания матерей против отцов в качестве  отчуждателей, то мои исследования, а также опыт, накопленный другими специалистами в области отчуждения, дают следующие результаты:

а. И матери, и папы могут быть отчуждателями

б. Матери бывают чаще  пап  отчуждателями детей примерно в 2 раза, а может и больше.

с. Когда отец является отчуждающим родителем, он, как правило, более агрессивен, более склонен к физическому или сексуальному насилию над ребенком и более эффективен в суде.

d. Все такие родители  должны быть остановлены, поскольку они представляют серьезную опасность для ребенка, а также боль от ложных обвинений и, что еще тяжелее, от потери ребенка для целевого родителя.

Спасибо за дополнительную информацию

Опубликовано  Фрэнком 25 октября 2019 года - 15:35

Спасибо за дополнительную информацию, доктор Хейтлер.

            Для реальных примеров кошмара судов по семейным делам и хаоса, вызванного Разделом  IV-D, есть группа в Facebook под названием «Title IV-D and Child Support». Несколько разведенных отцов в этой группе выражали суицидальные мысли от того, что их лишают контакта со своими детьми. И снова, Раздел IV-D стимулирует максимальные обязательства по алиментам, что означает минимальную опеку родителем, не являющимся опекуном (обычно отцом). Многие разведенные отцы годами или десятилетиями не видят своих детей.

Настоящий кошмар

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 25 октября 2019 года - 15:38

            Независимо от того, является ли целевой родитель, который теряет доступ к своему ребенку, отцом или матерью, этот вид похищения ребенка должен быть остановлен.

Тяжелый случай РА

Опубликовано  Максвеллом Донкором 26 октября 2019 года - 22:21

            Большое вам спасибо за эту статью. Я нахожусь уже  6-ой год в  PA. 5 лет в суде по семейным делам, когда мать отказывалась выполнять любое решение  суда без каких-либо последствий, но все же ей было разрешено переехать на 900 миль от нашего родного штата с тремя маленькими мальчиками, которые в настоящее время являются уже поврежденными родительским отчуждением подростками. В настоящее время я, отчужденный отец,  изо всех сил пытаюсь увидеть моего единственного ребенка, который поддерживает связь со мной  и навещает меня, но я так волнуюсь за моих 17-летнего и 12-летнего, которые не могут говорить или видеть меня уже почти 3 года. Я полностью согласен с тем, что это похищение, и похоже, что суды усугубляют положение. Я говорю об  ужасном судье, который отказывается назначать  психотерапию для детей и мамы и даже отказывается от фактов, отчетов экспертов, отчетов полиции и даже от показаний свидетелей и т.д.

            Меня тошнит от головной боли, когда я думаю, что это происходит прямо здесь, в США, а не где-то в Камбодже. Я ищу  юристов  для мужчин. Мне также нужен кто-то для помощи, чтобы помочь связаться с моим сыном  12 лет по скайпу или телефону дважды в месяц как части окончательного решения, которое мать проигнорировала. Любой ресурс в этом направлении будет мною высоко оценен.

Спасибо, что поделились с нами своей ситуацией.

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 27 октября 2019 года - 4:40 утра

            Когда Вы рассказываете свою  историю, как  и другие люди пишут о своих похожих кошмарных ситуациях, - она оказывается  полезной, потому что  другие люди, находящиеся в похожих обстоятельствах узнают, что они не одиноки, а затем - в кампании обсуждают возможные  перемены.

            Дети нуждаются в спасении от такого психологически вредного насилия. Судьи, принимающие такие решения, должны быть либо образованными, либо непредвзятыми  в своих решениях. Родители, которые похищают детей в таким же образом, как в Вашем случае, должны столкнуться с последствиями для себя в судах.

Тяжелый случай РА

Опубликовано  Максвеллом Донкором 27 октября 2019 года - 15:30

            Большое спасибо Сьюзен Хейтлер за Ваши слова ободрения и за прекрасную работу, которую Вы делаете. Я был бы очень признателен, если бы я получил направление к психиатру, который проводит терапию в  пригородах Атланты, штат Джорджия, в Нью-Йорке по скайпу /тел /видео, так чтобы я смог наконец начать общение с моим 12-летним ребенком, ведь Решение  суда вынесено ровно год назад и без согласия матери. Мне также срочно нужен терапевт со знанием и опытом работы в РА из той же местности, чтобы лечить всех 3 мальчиков (17, 15 и 12). Наконец, для меня важна любая рекомендация  терапевта PA.

Две мысли

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 4 ноября 2019 - 21:53

1. Google «терапевт рядом со мной знакомый с отчуждением родителей»

2. Присоединитесь к Исследовательской группе по вопросам отчуждения родителей в PASG. Напишите ваш запрос на странице форума.

3. Google для «группы поддержки родительского отчуждения рядом со мной». Эта стратегия может быть хорошей, потому что, если вы найдете такую, то люди из нее могут порекомендовать  того, кто является хорошим терапевтом, а также кого следует избегать.

ПА против моего сына

Опубликовано  Наном Уайтхерстом 2 ноября 2019 года - 20:03

            Мой сын потерял все контакты со своей дочерью с 20.05.15 г. из-за ложных обвинений в сексуальном насилии. Сейчас ей 14 лет, и, по словам ее психотерапевта и законного опекуна, она не хочет иметь ничего общего с ее отцом или кем-либо из нашей семьи.

            Ложные обвинения начались, когда мой сын подал на полное опекунство, потому что его бывшая жена заявила, что у нее больше нет времени, чтобы помогать этому ребенку с домашними заданиями  из-за того, что у ее нынешнего мужа есть другие дети. После того, как судья отклонил несколько других менее серьезных обвинений, недостойный  адвокат матери выдвинул сексуальные обвинения, которые были ее единственным шансом выиграть дело об опеке. Он был прав. Все, что описано в этой статье, произошло. Помимо того, что уголовное дело было прекращено, расследование CPS было признано необоснованным, после того, как около 20 000 долларов было выплачено адвокату. Тем не менее, ни один контакт не был разрешен. В какой-то момент было судом назначено начать психотерапию воссоединения, но отчуждающая мать обвинила его дочь в неуместном прикосновении к ее младшему брату. Итак, судья приостановил порядок воссоединения. В начале всего этого судьи рассматривали  ложь, которую ребенок был вынужден сказать, но оба судьи вышли на пенсию, и новый, более молодой и менее опытный судья попался  на каждую ложь. The Guardian et litem (служба опеки) теперь предвзяты и убеждены, что мой сын виновен.

            Я знаю его отношения с дочерью, они любили друг друга, и он никогда бы не сделал ничего, что могло бы причинить ей боль. Она плакала ночью, прежде чем ей пришлось вернуться в дом своей мамы. Я знаю, что моя внучка поначалу говорила неправду, чтобы иметь возможность мирно жить в доме ее мамы. Но теперь она рассказала им все так подробно, что я боюсь, что ей поверит и навсегда будет потеряна для нас. Никто не будет даже рассматривать отчуждение родителей в этом случае. Таким образом, она не получает соответствующую психотерапию и ей будет становиться хуже и хуже. Конечно, она  обвиняет в предполагаемом сексуальном насилии моего сына. Я даже недавно узнала, что моя внучка сказала своему советнику (из службы опеки), что она рассказала мне о предполагаемом насилии, а я ничего не сделала (не предприняла)! Это действительно больно, потому что я всегда делала все и вся в моих силах для всех своих внуков.

Трагическая история...

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 2 ноября 2019 года - 22:33

            Такая история говорит мне, насколько важно, чтобы мы рассказывали судьям, а также широкой общественности о родительском  отчуждении. Пагубные последствия отчуждения - для ребенка, для родителей, для бабушек и дедушек - являются преступлением.

Спасибо

Опубликовано  Целевым отцом  4 ноября 2019 года - 21:25

            Спасибо вам за эту статью. Я поделился этим с мамой и сестрой, и они обе сказали, что это звучит так, как будто написано о моей ситуации в качестве целевого родителя.

            В 2011 году я решил, что мне нужен развод, чтобы остаться частью жизни моих детей (их мать постоянно отчуждала  меня и мешала мне как родителю, так как они были маленькие, вероятно). То, что произошло за последние 8 с лишним лет, было просто кошмаром.

            Во время нашего двухлетнего бракоразводного процесса мне было предоставлено единоличное право опеки и, согласно решению суда, 90% родительского времени. Судья первой инстанции указал на  отчуждающее  поведение моей бывшей жены, ее импульсивные решения, ее ложь суду и поэтому ограничил ее родительские права. Это все.

            В течение следующих трех лет  дети процветали. Честно говоря, оба ребенка занимались спортом, играми и музыкальной программой, у них были хорошие друзья, и они были образцовыми учениками с почти идеальной посещаемостью. Однако моя бывшая всегда ожидала случая, чтобы «отомстить». Она постоянно пыталась вмешиваться, записывая выступления детей на мероприятиях на телефон, не разговаривая со мной, она удерживала  квитанции о разрешении на поездку, записывала их тайно на приемы к врачу (включая заявления о сексуальном насилии), несколько раз звонила в Службу защиты детей, клеветала на меня другим родителям, и отказывалась  общаться каким-либо другим  образом. Она подала шесть или восемь раз в суд по разным причинам, но безуспешно.

            Я подал один раз: чтобы добиться взыскания почти 35 000 долларов в качестве алиментов, но она отказалась платить. Она подала встречный иск, требующий изменения порядка общения с детьми, и выиграла. Это было ужасное решение, и я его обжалую.

            По сути, дети выбирали свои собственные графики посещения в возрасте 11 и 13 лет. Моей младшей дочери было разрешено оставаться с матерью большую часть времени. Всего за несколько коротких месяцев моя когда-то милая и любящая дочь стала скрытной, нечестной, манипулирующей, замкнутой и была поймана на краже в семье, у друзей и в магазине. Она оказывается в изоляции и предпочитает оставаться одна в квартире своей матери, а не принимать участие в каких-либо мероприятиях со своей сестрой. Она потеряла друзей после кражи у них, и ее отправили домой за плохие оценки. Она вообще редко общается с моей семьей, но была так близка с ними до прошлого года. Она лжет мне, а ее мать подкрепляет ее историю своей собственной ложью.

            Сейчас, когда ее мама и новый адвокат тренируют ее, моя младшая дочь заявляет, что я «оскорбляю ее морально, физически и словесно». Ее мать подала запретительный приказ от имени нашей младшей дочери (но не старшей дочери), и я не видел ее почти три месяца. Мама и адвокат дочери продолжают откладывать дату суда и заявляют, что моя дочь слишком напугана, чтобы давать показания. Тем временем я продолжаю платить адвокату, пока все, что делала мать, это подала бесплатный иск  в суд по семейным делам с необоснованными претензиями.

            Каждый из полдюжины адвокатов, с которыми я разговаривал в последние несколько лет, говорит мне одно и то же: я ничего не могу сделать.

            Система ужасно разрушена. Я потратил более 100 000 долларов за почти десятилетие судебных разбирательств. Я сломлен, устал, расстроен и не вижу конца этого кошмара  в поле зрения. Я не могу отказаться от своего ребенка, но я понятия не имею, как я смогу продолжать делать то, что я делал. Я застрял в этой судебной машине, и у меня нет способа убежать.

Астрономические издержки судебных разбирательств .... и причинения вреда детям.

Опубликовано  Сьюзан Хейтлер 4 ноября 2019 года - 21:58

            Спасибо, что поделились своей ситуацией. Ужасающая картина.

            Я надеюсь, что в какой-то момент достаточно людей прочтут ваши истории, чтобы заручиться общественной поддержкой перемен в этой сфере. Чем больше людей пишут, тем ближе мы  к этой цели.

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

 

ЧТО ВЫ ДОЛЖНЫ И НЕ ДОЛЖНЫ ДЕЛАТЬ, КОГДА СТОЛКНУЛИСЬ С ТЯЖЕЛОЙ ФОРМОЙ PAS У ВАШЕГО РЕБЕНКА

СОВЕТЫ ДОКТОРА ДУГЛАСА ДАРНАЛЛА ЦЕЛЕВЫМ РОДИТЕЛЯМ

ДОКТОР ДУГЛАС ДАРНАЛЛ: ИНОГДА РОДИТЕЛЮ НУЖНО ПРИНИМАТЬ ОЧЕНЬ ТЯЖЕЛОЕ РЕШЕНИЕ

РАЗРУШЕНИЕ (DESTRUCTION)

АДВОКАТ ЧАРЛЬЗ ПРАГНЕЛЛ. ТАКТИКА И УЛОВКИ АГРЕССИВНЫХ ПСИХОПАТОВ В СИСТЕМЕ СЕМЕЙНОГО ПРАВА 

СОВЕТЫ ЦЕЛЕВЫМ РОДИТЕЛЯМ ПО СТРАТЕГИИ ПОВЕДЕНИЯ ОТ ИТАЛЬЯНСКИХ ТОВАРИЩЕЙ

ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ ДОЧЕРИ ОТ ОТЦА ПРОДОЛЖАЕТСЯ УЖЕ 14 ЛЕТ