Информация для родителя и эксперта. Для эксперта: какие поведенческие признаки у ребенка позволяют определить лёгкое, умеренное и тяжёлое родительское отчуждение? Для одного из родителей: как побудить эксперта обратить внимание на наличие родительского отчуждения? Для другого родителя: как побудить эксперта оценить заявления о родительском отчуждении с другой стороны дела. Приведены примеры из материалов судебных дел, в которых участвовал докладчик. Докладчиком является Мерл Льюис - детский адвокат и эксперт по вопросам опеки над детьми. Доклад сделан на конференции PASG-2023.
Источник https://www.youtube.com/watch?v=7H3bVAjAKrc
Родительское отчуждение происходит, когда отчуждающие родители ставят свои потребности выше потребностей своих детей. Родитель может даже неосознанно участвовать в родительском отчуждении, когда не может прекратить свой конфликт с другим родителем или РА может сознательно использоваться в качестве стратегии в судебных делах об опеке над детьми. Для простоты понимания все мои примеры будут с точки зрения того, что мать является отчуждающим родителем, а отец — целевым родителем. Статистика показывает, что это так в большинстве случаев. Матери отчуждают детей более чем в два раза чаще, чем отцы, но это касается не только матерей. РА состоит из семейной динамики включающей трех акторов: отчуждающий родитель, целевой родитель и жертва.
Как эксперт опеки, вы можете быть первым профессионалом, который может идентифицировать используемые стратегий или расстройства, вы также можете быть первым специалистом, который получит информацию непосредственно от ребенка, тогда как другие специалисты, такие как учителя, врачи, священнослужители и т.д., могли быть проинформированы одним или обоими родителями, но они имеют дело с проблемами на уровне взрослых. Эксперт опеки смотрит на нее глазами ребенка, что может показать совершенно иную картину.
Возраст, конечно, всегда является важным фактором. Младенцы не понимают стратегий отчуждения и не могут стать отчуждённым. Можно влиять на малыша, и по мере взросления ребёнка отчуждение нарастает, если ребёнок верит в то, что отчуждающий родитель говорит ему. Но отчуждение не развивается или не начинается у ребёнка, который не верит или не воспринимает негатив в отчуждении родителя. Это различие в убеждениях братьев и сестёр может нанести вред семейной структуре, по словам доктора Уильяма Бернета, одного из докладчиков на этой конференции, который чрезвычайно хорошо разбирается в теме родительского отчуждения.
Он обычно определяет лёгкое родительское отчуждение как то, когда ребёнок проявляет необоснованную враждебность к родителю, ребёнок не хочет идти к другому родителю, хотя ранее он с удовольствием проводил время с этим родителем. Простой пример начала родительского отчуждения может выглядеть примерно так: папа приезжает забрать свою шестилетнюю дочь Анну. Мама сообщает отцу, что Анна не хочет идти с ним сегодня, и, конечно же, она в слезах из-за того, что хочет остаться у мамы, потому что они сегодня пекут печенье. Папа отвечает: «У меня есть шоколадное печенье с крошкой» Анна говорит: «Арахисовое масло, и оно вкусное? Хорошо, пойдём, папа, я тоже хочу попробовать твоё печенье». В настоящее время ребёнок не испытывал особого сопротивления идя с отцом, но мать инициировала и способствовала поводу, по которому Анна осталась дома. Ещё одним примером лёгкого отчуждения может быть пятилетняя Айви, чьё счастливое улыбающееся лицо постоянно желало участвовать в каждом разговоре со взрослыми, пока не упоминали её папу, тогда она сразу же опускала глаза и смотрела в пол, улыбка исчезала, она просто отворачивалась и уходила и эта реакция становилась ещё более выраженной, когда ребёнок был в присутствии матери. Когда упоминали папу, она качала головой и кулаком или топала ногой по полу и была гораздо более драматичной, но как только Айви отдалялась от мамы, не было никаких негативных реакций на отца и она с радостью участвовала во всех своих занятиях с ним. Айви всё ещё без проблем принимает подарки от своих родителей. Это отчуждение ещё на начальной стадии, но поведение Айви уже меняется в ответ на негативные стимулы матери в отношении отца.
Как взрослые родители должны научиться различать нормального родителя и отчуждающего родителя? Это две совершенно разные роли в жизни, и иногда эти роли не дифференцированы и не разделены. Разгневанный бывший супруг(а) может быстро стать отчуждателем, и если отчуждающее поведение продолжает усиливаться, оно перерастает в умеренную стадию отчуждения. На умеренной стадии ребёнок начинает сопротивляться проведению времени с родителем. По мере роста отчуждения он неохотно приходит и затем ведёт себя негативно по отношению к целевому родителю, когда находится с ним. У него также могут развиться необоснованные страхи по отношению к целевому родителю. Эти действия часто возникают из-за ложных обвинений в сексуальном или физическом насилии. Ребенок становится более вовлеченным в эту тему, и некоторые из ключевых индикаторов становятся более выраженными у ребенка, такие как ругательства, презрение и унижение по отношению к целевому родителю. Любая благодарность за подарки или помощь от целевого родителя, для ребенка не существует. Отвергается не только отец, но и вся его расширенная семья. Ребенок начнет демонстрировать свое негативное отношение: «Мама говорит, что ты просто неудачник, и вся твоя семья тоже, и я тоже так думаю» или «Я не обязан делать то, что ты говоришь, потому что мама говорит, что я не обязан тебя слушать». В этот момент отчуждающий родитель может даже позволить ребенку начать принимать собственные решения о контакте и посещениях целевого родителя. Многие отчуждающие родители применяют стратегию изо всех сил планировать что-то особенное, чтобы ребенок бы с удовольствием сделал бы в то же самое время, когда вот-вот начнется время поседения целевого родителя, тем самым давая ребенку повод сказать: «Я не хочу сейчас этого».
Когда отчуждение становится настолько выраженным, вы можете обнаружить сопротивление ребёнка, основанное на иррациональных страхах относительно целевого родителя. Например, семилетний Юсеф, чья мать часто порочила его отца в прошлом, но в последнее время этого не делала. Юсуф не видел отца с двух лет и не помнил о нём ничего, кроме того, что мать ему рассказывала. Юсуф казался счастливым, хорошо уравновешенным, ладил с одноклассниками. В целом, имел хорошие оценки в школе. Казался вполне нормальным, но не играл на улице. Все в его окружении считали это причудой и позволяли ему оставаться дома, глядя в окно. Когда я спросила его о причине, он ответил: «Я просто не люблю выходить на улицу». А затем он сказал: «Солнце режет мне глаза». Я сказала, что ты можешь надеть солнцезащитные очки. Он ответил: «Тогда ладно, воздух может плохо пахнуть». Я глубоко вздохнула и сказала: «Пахнет так, будто соседи сегодня приготовили печенье с беконом». Когда все его причины отказа выходить на улицу наконец были отброшены, он наконец рассказал мне, почему не хотел выходить за пределы квартиры. Оказалось, что когда ему было около четырёх лет мать сказала ему, среди прочих негативных вещей об отце, что отец может просто налететь и забрать его в любое время, когда захочет. С тех пор, как ребёнок услышал это, он был в ужасе от того, что отец свалится с неба на своём личном самолёте и захватит его с его двора, украв его против его воли. Единственной защитой, которую мог использовать четырёхлетний ребёнок, было никогда не выходить на улицу. Поэтому он пожертвовал тремя годами своей жизни, просто наблюдая из окна, но не играя в мяч с друзьями или не катаясь на велосипеде, – всё это из-за иррационального бредового страха, взращенного его матерью перед отцом.
Когда страхи и ненависть достигают этой точки, вы движетесь к серьёзному отчуждению. Это происходит, когда ребёнок категорически отказывается от любых контактов с целевым родителем, вплоть до побега. Хочу отметить, что этот уровень отчуждения всегда основан на поведении ребенка, а не на поведении отчуждающего родителя. Но когда отчуждающий родитель имеет успех в своих действиях, ребенок будет работать так же усердно, как и отчуждающий родитель, чтобы искоренить целевого родителя в своей жизни. Сильное отчуждение может повредить психику ребенка, что может занять годы восстановления, если это когда-либо произойдет вообще. Один отец однажды показал мне видео, где был он сам и его семилетняя дочь Джасия, они были в лодке. Она махала рукой и держала в руках большую форель. У девочки на лице была улыбка от уха до уха, когда она кричала: «Я поймала это! Я поймала эту рыбу!» Вы могли видеть восторг на ее лице, когда она лучезарно улыбалась в камеру. Теперь ей было 14 лет. Мы встретились после того, как посмотрели видео и услышали, как ее отец рассказывает ей историю о том, как она поймала свою первую рыбу, и взяли интервью у ее дяди, который снял видео и был там в то время со своим восьмилетним сыном. Казалось очевидным, что когда-то были очень хорошие отношения между отцом и дочерью. Однако в 14 лет Джасия просто не могла признаться, что она когда-либо весело проводила время с отцом или любым другим членом его семьи. Сначала она решила отрицать, что это событие когда-либо происходило. Этого не было на самом деле, это была не она. На видео это был кто-то другой. Затем она яростно заверила меня, что никогда в жизни не ловила рыбу. Никогда в жизни не плавала на лодке. Когда ей напомнили о подтверждении этого дядей со стороны отца, что это действительно произошло, это он снял видео, она сказала, что отец изменил видео, чтобы она выглядела счастливой, но на самом деле ей было очень грустно, потому что она была с отцом.
Когда её двоюродный брат, которому сейчас 15, напомнил ей, что он был там и поймал рыбу, она сказала ему, что он лжец, а затем добавила, что её отец всё выдумал, чтобы заставить его солгать перед экспертом, потому что отец так сильно ненавидел её и её маму. Затем она в ярости выпалила, что если её отец когда-либо катал её на лодке, то, должно быть, потому, что хотел изнасиловать её. Она не чувствовала вины перед двоюродным братом за то, что ложно назвала его лжецом или за то, что отца обвинила в желании изнасиловать её. Её гнев и ярость просто не позволяли ей ясно видеть вещи. Джесси могла придумать и изменить любую историю, которая не соответствовала истории её матери о том, что её отец ненавидит её и каким-то образом причинил ей вред и использовал насилие, хотя не было никаких сведений о насилии и не было никаких случаев причинения ей отцом вреда. В суде она фактически спорила с судьёй, категорически заявляя, что она ни дня не прожила с отцом, ни дня своей жизни. Но это совершенно не соответствовало действительности, и именно тогда, после всех этих лет причинения ей вреда матерью, опека была наконец передана отцу, и она начала терапию воссоединения с отцом. К её 18-летию отчуждение всё ещё оставило этого ребёнка сильно травмированным психологически и эмоционально. Её мать отказалась участвовать в какой-либо терапии и обвинила Джесси в нелояльности к ней.
Она была единственным ребёнком, но в семьях, где есть братья и сестры, не все дети в семье будут отчуждены в одинаковой степени, если будут отчуждены вообще. Каждый ребенок уникален в семье. Каждый ребенок может реагировать по-разному на одни и те же стимулы. Некоторые дети могут впитывать отчуждение. Некоторые могут не поддаваться отчуждению. В одном случае я столкнулась с пятилетним Эриком, который полностью привязался к своей матери к своему восьмилетию, но его трехлетний брат Стэнли был умственно недостаточно развит, чтобы понимать язвительные высказывания матери об отце, поэтому он продолжал хотеть видеть отца. К тому времени, как Стэнли исполнилось шесть лет, он регулярно боролся с матерью за то, чтобы проводить больше времени со своим отцом, ему нравились занятия с отцом, и он довольно громко заявлял матери, что хочет жить с отцом, потому что отец был добрее, чем она. Он также сообщил учителю, врачу и няне о своем недоверии матери, что очень огорчило маму, когда она была рассказывала учителю, врачу и няне, каким ужасным человеком был отец мальчика. Она хотела, чтобы они помогли защитить её детей от этого монстра. Восьмилетний Эрик повторял каждый негативный комментарий матери, а шестилетний Стэнли заявил, что его мать была лгуньей, которая говорила людям плохие вещи и придумывала больше, чем есть на самом деле. Шестилетний ребёнок говорит, что мама преувеличивает. Это пример разных личностей и разного возраста детей с разным уровнем понимания, имеющих одних родителей. Один ребёнок полностью запутался и отчуждён, ненавидит своего отца со всей страстью. Со временем дети выросли, эти противоположные взгляды нанесли большой вред их отношениям: от оскорблений и ссор до фактических заявлений о ненависти друг к другу.
Суть в том, что родительское отчуждение — это насилие над детьми, и тут нет победителей. Большое спасибо за внимание.
СТАТЬИ ПО ТЕМЕ
ДОКТОР ЭМИ БЕЙКЕР СИНДРОМ ОТЧУЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЯ ДЛЯ СОЦИАЛЬНЫХ РАБОТНИКОВ
ДОКТОР ЭМИ БЕЙКЕР. ДОКЛАД «ИДЕНТИФИКАЦИЯ РОДИТЕЛЬСКОГО ОТЧУЖДЕНИЯ» [2023]
ДОКТОР ЭЛИЗАБЕТ ЭЛЛИС. КАК ЭКСПЕРТУ ОПРЕДЕЛИТЬ РОДИТЕЛЬСКОЕ ОТЧУЖДЕНИЕ (PAS) У РЕБЕНКА
ПОЧЕМУ 90% РОДИТЕЛЕЙ-ИНДУКТОРОВ – ЭТО МАТЕРИ
ВРЕД, НАНОСИМЫЙ РЕБЕНКУ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ОПЕКИ И ДРУГИМИ СПЕЦИАЛИСТАМИ НЕЗНАНИЕМ PAS
ПОЧЕМУ БЕССИЛЬНА ЭКСПЕРТИЗА ПРИ НАЛИЧИИ PAS У РЕБЕНКА
АДВОКАТ ЕВГЕНИЙ ТАРАСОВ О НАЦИОНАЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЯХ СУДЕБНЫХ СПОРОВ О ДЕТЯХ
АДВОКАТ ВИКТОР СПЕСИВОВ О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ, СВЯЗАННЫМ С ОТЧУЖДЕНИЕМ РОДИТЕЛЯ
ДОКТОР ВИЛЬФРИД ФОН БОХ-ГАЛЬХАУ. ДВА ПРИМЕРА ИЗ ПРАКТИКИ СУДЕБНЫХ ДЕЛ О РОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ
Комментариев нет:
Отправить комментарий